О ножах из глубины веков…
Мы редко задумываемся о вещах, которые держим в руках каждый день: зубная щетка, расческа, нож — мы привыкли к ним и не обращаем внимания. Кому интересно происхождение кастрюли или ножниц? Обыденность не стоит внимания.
Но если заглянуть в прошлое окружающих нас предметов, можно сделать массу поразительных открытий. Некоторые из них сопровождают человека всю его историю, и все же самым древним из наших рукотворных спутников является НОЖ.
Именно нож стал первым инструментом, использованным человеком. И сегодня неважно, была это раковина с острым краем или обломившийся кусок ремня — появилось ЛЕЗВИЕ. Это произошло раньше появления огня и приручения собаки, раньше, чем человек заговорил и нарисовал углем первый рисунок. Изготовление ножа положило начало первым инструментам, и наш обезьяний предок стал человеком. С той поры именно нож — главный человеческий инструмент и помощник.
Поразительно, но, окончательно оформившись еще в каменном веке, нож с тех пор не претерпел принципиальных изменений. Острие, лезвие, рукоять…И как бы не менялись эпох и и технологии, материалы и вкусы, — основа остается все той же. Подобной принципиальной стабильностью отличается, пожалуй, только посуда, но ее возникновение относится к гораздо более поздним временам.
Появившись так давно, нож не собирается в отставку. В нашем обиходе нет другого столь многофункционального инструмента: порезать пищу и оголить провод, заточить карандаш, срезать цветок…вплоть до защиты жизни. И все это мы говорим об элементарном ноже, а не об универсальной механической мастерской типа швей царского офицерского складного набора!
Сегодня полированная сталь клинка завораживает нас так же, как и на заре цивилизации, а функциональное обладание им может перейти в страсть к собирательству. Любовь к холодному оружию необъяснима, но далека от кровожадности или порочности. Это, скорее, дань истории, поклонение тому, что верой и правдой служило человеку с момента осознания себя Человеком. Это стремление должно было отпечататься в генах, и оно отпечаталось. В греческой мифологии существует трогательная история о том, как мать не хотела отпускать Ахиллеса к стенам Трои, где он должен был погибнуть, и спрятала его на женской половине. Хитроумный Одиссей проник туда под видом торговца драгоценностями и узнал Ахиллеса в девушке, которая выбрала нож на подносе с ювелирными изделиями.
Великий уравнитель
Очень часто приходится слышать что -то вроде: «сломал лезвие.», хотя лезвием называется отнюдь не та железка, что торчит из рукоятки (она именуется клинком), а лишь заточенная кромка. Ножи имеют одно лезвие, а обоюдоострые кинжалы и мечи — два. Равно как и «острие» есть не что иное, как самый кончик клинка, его вершина. Ножи с полуторной заточкой могут похвастаться «кусочком» второго лезвия, которое правильнее именуется «фальшлезвием».
Надпись с могильной плиты Сэмюэля Кольта достаточно красноречиво характеризует место оружия в массовом сознании. На самом деле обладание оружием — еще не гарантия безопасности. В нашей стране до сих пор идут споры о том, что считать, а что не считать гражданским оружием. Позиция вседозволенности, как и позиция полного запрещения, имеет громадное количество сторонников и обосновывается логичными и взвешенными доводами. Дискуссия идет уже много лет, с самого начала процессов демократизации общества, а конца ее не видно. Вероятно, это связано с тем, что проблема оказывается глубже статистических выкладок и анализа опыта Дикого Запада. Неразрешимо сть — по всей видимости, принципиальная — этой проблемы в том, что она большей частью лежит не в области законодательства, а в области морали и этики, на бритвенном лезвии Добра и Зла.
Как бы там ни было, согласно действующему Закону «Об оружии», который мы, естественно, обязаны соблюдать, единственное приспособление, ношение которого само по себе, вне связи с конкретным криминальным эпизодом, не может повлечь уголовной ответственности, — это складной ножичек галантерейного качества с длиной клинка не более 9 см. Чтобы такое, с позволения сказать, оружие стало самым последним аргументом в споре, надо очень постараться. Дабы эффективно воспользоваться подобным предметом в целях обороны, нужно не просто иметь решимость, а знать, как это сделать. Более того, желательно не просто это знать, а еще и уметь, причем на уровне неосознаваемых рефлексов.
Выбор законодателем оружия с коротким клинком понятен и объясним. Эта уступка демократическим веяниям, без которой не хотело обойтись общественное мнение, и та граница, перешагивать которую еще не решились. Чтобы убить подобным приспособлением, нужно достигнуть такого уровня владения им, что оружием сможет стать любой предмет. Нанести серьезные увечья тоже достаточно сложно, а выколоть глаз можно и обычным, даже не заточ енным, карандашом, для этого не нужен нож .
Выбор клинка
«Сначала, взяв точило, я заточил нож так, что он ста л острым, как знаменитый меч Ганьцзян. Порезал им все мясо — а с волоском не справился …»
Из «Хань Фэй-цзы»
Говоря о холодном оружии вообще и о ножах в частности, следует ясно понимать, что речь идет прежде всего о клинках как о детали, которая и выполняет ожидаемые действия, то есть колет или режет. Прочее обрамление служит лишь подспорьем этих функций, делая их удобнее и легче. Заточенная полоска хорошей стали, обмотанная с одной стороны тряпицей, становится ножом независимо от оставшихся невостребованными ножен, красивой рукоятки, планки и иных дополнений. Напротив — какими бы изощренными и великолепными ни были второстепенные составляющие оправы ножа или меча, цена им ломаный грош, коль выпало несчастье украшать собой никудышный клинок . Поэтому в данной главе речь пойдет об основных формах клинков, способах их выделки, заточки, полировки и украшения. Последнее будет затронуто нами вскользь, чисто ознакомительно, поскольку этот вопрос достаточно обширен, глубок и является, строго говоря, уделом ювелиров.
Итак, самое первое, что определяет ценность клинка, — материал, из которого он изготовлен.
Материал клинка
Всякий нормальный человек с юных лет знает, что ножи изготавливают из железа, точнее, — из сплава железа с углеродом, именуемого сталью. Чем выше процентное содержание углерода в сплаве, тем прочнее и тверже (после термообработки) будет наша сталь. Однако человечество не всегда полагалось на этот полезный материал, умудрившись прожить необозримые отрезки своей истории с каменными, а позднее с бронзовыми клинками в руках.
Тот, кто думает, будто каменные ножи были настолько примитивными и убогими, что достойны лишь осмеяния с высот нашего атомного века, сам достоин восклицания из старого фильма: «Неправда ваша, дяденька!» На самом деле каменные инструменты кое в чем дадут
сто очков вперед самым современным материалам, проявляя волшебные свойства в неожиданных областях. Этим они обязаны высочайшей твердости, в силу чего режущая кромка попросту не способна тупиться, сохраняя долгое (по сути, неограниченное) время степень остроты, недоступную металлу. Ясное дело, в ход идут не булыжники, и для приготовления качественного каменного ножа нам придется обзавестись чем-нибудь стеклоподобным. Лучшим сырьем считались вулканическое стекло (обсидиан) и кремень. Экспериментально доказано, что они в состоянии давать кромку молекулярной толщины, то есть острота ее абсолютна. Хирургические операции с использованием каменных лезвий, зажатых в специальные рукоятки, увенчались блистательным триумфом. Кожа и плоть расступаются, будто сами по себе, почти без боли, а нанесенные раны зарастают гораздо быстрее, образуя то нкие малозаметные рубцы. Неудивительно, что современные оружейники активно экспериментируют с керамическими клинками различного состава. Как правило, это карбиды, обладающие чрезвычайно высокой твердостью.
Существенным недостатком камня является его хрупко сть, впрочем, нисколько не докучающая при нормальной эксплуатации ножа. Конечно, если вам взбредет в голову метать клинок из циркона в дубовый пень, можете распрощаться с ним заранее. Именно поэтому каменные ножи никогда не бывают достаточно длинными, а ис тория так и не узнала каменных мечей.
Термообработка клинкаПрактически каждому хорошо известно, что сталь требуется закаливать. Способность сплава «железоуглерод» после соответствующих термических операций приобретать повышенные твердость, упругость и прочность зависит от процентного содержания углерода: чем оно выше, тем легче ста ль принимает закалку. Нижний порог лежит в пределах 0,3 -0,4 %, после чего все ваши старания, нагревы и охлаждения будут бесплодны. При этом наличие или отсутствие каких бы то ни было легирующих добавок почти не влияет на результат, поскольку оные присадки служат в основном для выравнивания и уплотнения кристаллической структуры, уменьшения «зерна» и придания дополнительной вязкости и стойкости к растрескиванию, увеличению коррозионной инертности и так далее.
В прежние времена любой нагрев мог производиться только в угольном горне с дутьем, и, как мы уже знаем, это предотвращало выгорание углерода из заготовки, а порой даже повышало его содержание. Опытный кузнец легко регулировал процесс, перемещая клинок выше или ниже в слое угля, угадывая притом температуру исключительно «на глаз», для чего в кузнице всегда стоял отнюдь не случайный полумрак. На деле это не так сложно, умение автоматически приходит с опытом, но не зря во все века профессия кузнеца считалась загадочной, окруженной многочисленными мистическими проявлениями, не зависящими от видимых реальных причин. Интуитивное чутье и элементарная удача всегда предъявляли большие права на конечный результат, нежели пунктуальное соблюдение технологической цепочки. Достаточно сказать, что по сей день у легендарных японских мастеров, которых в стране считанные единицы и которые официально признаны «живым национальным сокровищем», почти 50 % клинков уходит в брак именно на стадии закалки, несмотря на талант, полувековой стаж и немыслимый опыт. Современного заводского технолога могут насмешить подобные цифры, однако выделка превосходного клинка все же отличается от налаженного конвейера закалки каких -нибудь шпилек или метчиков. Безусловно, массовое производство охотничьих, туристских, боевых и бытовых ножей также обходится минимальным процентом отхода, хотя мне доводилось не раз видеть клинки, «поведенные» буквально свиным хвостом. Если это не брак, то что?
Форма клинкаПомимо того, что все короткое клинковое оружие делится на две большие группы (ножи и кинжалы), продольный рису нок клинков предстает в следующих разновидностях:
И ножи , и кинжалы могут иметь любую из этих форм, но, к сожалению, далеко не все четко представляют себе, какая между ними разница. А она очень проста: никакие иные отличия не играют роли, кроме одного: кинжал всегда обоюдоострый, то есть у него заточены как верхняя, так и нижняя сторона клинка. Напротив, нож всегда заточен только с одной стороны, в крайнем случае, может иметь заточку передней верхней трети клинка, приобретая тем самым некоторые свойства кинжала (см. далее).  И какую бы форму не имел клинок , классификация его как ножа или кинжала определяется только оговоренным принципом.
Шлифовка и заточка клинкаОстается произнести пару слов о методах шлифовки, полировки и заточки холодного оружия. Оговоримся сразу — если вы хотите достичь действительно красивой, гладкой и «настоящей» поверхности, забудьте о существовании электромоторов и абразивных кругов, равно как и о кругах войлочных с набором полировальных паст. Ваш станок — собственные руки, инструмент — всевозможные мелкие брусочки различной жесткости и крупности зерна, а залог успеха — адское терпение и как минимум неделя работы по три часа в день. Конечно, для придания заготовке необходимых форм можно и нужно использовать мощь современной оснастки, но когда клинок обрел искомые очертания и требуется лишь довести его поверхность до полного шика, а напоследок отточить до бритвенной остроты, можете смело вывинчивать в доме пробки и поудобнее усаживаться у верстака. И шлифовка, и полировка клинков производятся посредством продольных перемещений маленьких брусков, при этом первая от второй отличается только крупностью их зерна. Последовательность операций должна соблюдаться неукоснительно: переходить к более мелкозернистому абразиву можно, лишь полностью исчерпав возможности предыдущего, а нетерпеливые скачки взад и вперед с целью поскорее поглядеть, что же получится, лишь усугубят страдания и удлинят путь к победе.   Приступив к окончательной, тонкой доводке, лучше пользоваться мыльными эмульсиями или время от времени наносить на брусок каплю
ГардыВ старые-старые времена, когда слово «честь» еще не успело превратиться в абстрактную категорию и мужская половина населения разрешала проблемы не посредством судебного крючкотворства или ночных прицелов с лазерной подсветкой, а полагаясь исключительно на холодную сталь да собственное проворство, иностранное слово «гарда» означало в точности это самое, то есть защиту, конкретно — защиту собственной руки от острого клинка противника. При этом в расчет принимали даже не столько случайные соскальзывания и удары, сколько ряд специфических техник, в которых оружие нападающей стороны сознательно «бралось на гарду». Последняя, разумеется, должна была с абсолютной гарантией обеспечивать подобные шутки, не вминаясь и тем более не разрушаясь. Начав свой жизненный путь обыкновенной крестовиной, где -то к веку гарда успела развиться в замысловатую и продуманную конструкцию, прикрывавшую пальцы от любого типа ударов, а заодно позволявшую бить ею противника в зубы, точно кастетом. И, по правде сказать, галантные гранды и шевалье успешно гвоздили неприятеля в сахарные уста узорчатым железом, чтобы затем уже благородно пронзить его черное сердце. Если бы наше повествование захватывало весь спектр холодного оружия, можно было бы с легкостью продемонстрировать изрядное число замечательных образцов. Однако темой разговора служат лишь ножи и кинжалы, поэтому здесь следует оговориться особо. Дело в том, что, в отличие от рубки на мечах или фехтован ия на шпагах и рапирах, наши суровые предки, редко расстававшиеся с длинными предметами вооружения, почти никогда не клацали кинжалом о кинжал, а о ножах и вовсе речь не шла. Ножами они резали жареных кабанов, иногда — блудливых жен, но против недруга выступали сугубо с чем-либо внушительным в одной руке и кинжалом — в другой. Этот эффектный и эффективный стиль боя окончательно оформился к упомянутому вполне кровавому XVI веку, и тогда же появился французский термин «леворучник», попросту — оружие для левой руки, именуемое также «дага». В редких случаях это мог быть легкий и хищный стилет, но вообще-то классикой считается тяжелый, длинный (до 40 см) обоюдоострый кинжал с мощной развитой гардой. И, право, от ее крепости и величины порой напрямую зависело здор овье и сама жизнь пылких сынов Испании, Португалии и Франции, так как именно в южных краях искусство «двурукого» боя расцвело наиболее пышно. Это не означает, что немцы или поляки презирали действенные техники — как раз кинжалы германской работы ценились ч резвычайно высоко. Итак, к XVII столетию четко оформились две стилевые линии монтировки даги. В первом, наиболее простом, варианте обыкновенная крестовина была усилена прочным боковым кольцом, что мы и видим на примере типичнейшего представителя славного семейства —Германия, век (реконструкция).  Типичность означает лишь то, что на протяжении едва ли не двух столетий большинство кинжалов комплектовались именно такими гардами. В упрощенном виде боковое кольцо могло отсутствовать, но на внешнем облике оружия это отражалось мало. Подобная популярность прямо вытекала из совершенной целесообразности всей конструкции, которая одновременно обеспечивала как защиту, так и удобство ношения на боку, у пояса, в том числе ношения скрытного.
|
Грубо говоря, закалка есть процесс нагрева стали (не будем вдаваться в детали) до высокой температуры порядка 750 -1100 °C с последующим резким охлаждением, чтобы произошедшие фазовые превращения не успели вернуться к исходному состоянию. Разумеется, температуры нагрева, охлаждающая среда и прочие тонкост и для каждой конкретной стали сугубо индивидуальны.